Закрытые паевые инвестиционные фонды остаются законным инструментом структурирования владения недвижимостью и другими активами. Однако управляющим компаниям теперь важно подтверждать не только формальное соблюдение требований к созданию фонда, но и реальную инвестиционную цель операций. Особое внимание налоговые органы уделяют ЗПИФ с одним пайщиком и фондам, учрежденным под конкретную сделку.
За последние пять лет судебная практика по делам управляющих компаний стала заметно строже. Если ранее споры часто касались применения пониженных ставок земельного налога, то теперь проверяется экономическое содержание операций с участием ЗПИФ. Партнер Enforce Law Company Антон Марткочаков отмечает, что налоговики стремятся установить, не использовалась ли фондовая конструкция исключительно ради необоснованной экономии. Партнер налоговой практики «ТеДо» Галина Науменко сообщила, что с начала 2026 года ряд управляющих компаний получил требования о предоставлении документов и пояснений, а по многим из них начались выездные проверки. По данным собеседника в аудиторской компании, такие требования получили как минимум 53 управляющие компании.
На 10 сентября 2026 года, согласно официальным реестрам Банка России, в стране действовали 323 лицензированные управляющие компании, распоряжавшиеся хотя бы одним сформированным ЗПИФ. Поскольку сами фонды не платят налог на прибыль, при оценке операций налоговые органы анализируют их деловую цель и проверяют, не стала ли налоговая экономия главным мотивом создания конструкции.
К числу настораживающих обстоятельств относят отсутствие понятной экономической цели, взаимозависимость участников, использование одинаковых руководителей и учредителей, управление счетами с одного IP-адреса, обслуживание в одних и тех же банках, наличие единственного пайщика, отсутствие либо минимальное распределение дохода и нетипичные сделки. Еще один пример сомнительного поведения — отсутствие претензионной работы при существенной задолженности.
При этом отдельный признак сам по себе не доказывает злоупотребление. ЗПИФ могут применяться для защиты активов от санкционных рисков, пассивного владения имуществом или сохранения конфиденциальности собственников и при этом не предполагать получение значительного дохода. Обоснованность использования фонда выше, если он регулярно распределяет доход между пайщиками, а налоги поступают в бюджет.
Фонды с одним пайщиком составляют 54% общего количества ЗПИФ. Во втором квартале чистый приток средств в эту группу превысил 190 млрд рублей, увеличившись более чем втрое по сравнению с прежними показателями. Около трех четвертей суммы пришлось на пять фондов, а два из них обеспечили больше половины всего притока.
На заседании экспертного совета при ФНС 10 сентября заместитель руководителя ведомства Тимур Шиналиев заявил, что такие преимущества ЗПИФ, как отсрочка налогообложения, секьюритизация и защита активов, в отдельных случаях применяются для налоговой оптимизации. Межрегиональные инспекции по крупнейшим налогоплательщикам уже выявляют подобные практики. За три года число ЗПИФ увеличилось на 90%, а стоимость недвижимости и имущественных прав в чистых активах закрытых фондов выросла вдвое. ФНС намерена сформировать рабочую группу с участием Центрального банка, чтобы выработать единые критерии оценки фондов и одновременно сохранить возможность законного структурирования бизнеса.
Какие схемы привлекли внимание налоговиков
Одним из показательных дел стало разбирательство вокруг управляющей компании «Джи Пи Ай» и ЗПИФ «Феникс». Налоговая посчитала, что доход от аренды недвижимости был замаскирован под проценты по коммерческому кредиту и таким образом выведен из-под налогообложения. Проверка операций за 2019–2021 годы показала, что компания не удержала налог с доходов иностранной организации из российских источников на общую сумму 96,5 млн рублей.
В 2019 году «Феникс» приобрел у Lesilake Holding Limited паи четырех закрытых фондов, владевших недвижимостью стоимостью 3 млрд рублей. Единственным пайщиком фонда была кипрская Willgood Investments Limited. Оплату отложили на пять лет, предусмотрев начисление 10% годовых и передачу ценных бумаг в залог. В 2021 году договор расторгли, паи вернули продавцу, а стороны провели взаиморасчет. До этого арендные поступления от недвижимости направлялись на выплату процентов Lesilake Holding. За три года фонд перечислил компании 653 млн рублей, тогда как единственный пайщик дохода не получил.
Проверяющие установили, что Lesilake Holding не отразила сделки с паями в отчетности и фактически выполняла роль промежуточного звена, переводившего средства российским бенефициарам через кипрский международный фонд. В рамках связанной схемы с «Эй Би Си инвест» налоговая потребовала 177,2 млн рублей недоимки по налогу на прибыль с доходов иностранных организаций. Компания должна была выступать налоговым агентом Lesilake Holding, но эту обязанность не исполняла.
Отдельный спор касается «БМ-Банка», который оспаривает решение инспекции по крупнейшим налогоплательщикам № 9. Проверка за 2019–2020 годы завершилась штрафом 92,2 млн рублей и доначислением 921,6 млн рублей налога на прибыль. Одним из эпизодов стало использование ЗПИФ «Руснедра», основным активом которого была доля в ООО «Тимано-Печорская Газовая Компания». При создании фонда имущество оценили в 11 млрд рублей. По версии налоговой, после снижения стоимости активов при погашении паев был отражен убыток 8,65 млрд рублей, что позволило уменьшить налоговую базу за 2020 год.
В другом деле челябинский застройщик «СК Легион» применял ЗПИФ недвижимости «Экспонента», единственным пайщиком которого был его учредитель. Фонд финансировал строительство квартир, а застройщик передавал их в общую долевую собственность пайщиков. В инвестиционных договорах указывалась цена 35–39 тыс. рублей за квадратный метр, хотя конечным покупателям квартиры продавались по договорам долевого участия за 42–50 тыс. рублей. Перед вводом домов в эксплуатацию стороны корректировали количество объектов и сумму инвестиций с учетом непроданных квартир. Возникшую задолженность перед фондом застройщик не погашал, а управляющий передавал право требования в капитал аффилированной организации. При этом квартиры, переданные ЗПИФ, реализовывались на тех же условиях, что и объекты самого застройщика.
Во всех подобных спорах суды оценивают не отдельную формальность, а всю экономическую картину сделки: взаимозависимость участников, выплаты пайщикам, отражение операций в учете, фактических получателей дохода и налоговый эффект от включения ЗПИФ в цепочку. Пока практика остается ограниченной и преимущественно неблагоприятной для налогоплательщиков. Рост числа проверок, вероятно, приведет к дальнейшему развитию судебных подходов.
ЗПИФ по-прежнему дает возможность отложить уплату налога, гибко привлекать инвесторов, выходить из активов и защищать сведения о собственниках. Однако конструкция сама по себе не снижает налоговую нагрузку: доход облагается на уровне пайщика при выплате дохода по паям или их реализации. Поэтому ужесточение контроля отражает общий тренд в отношении бизнеса и не означает запрета на добросовестное использование закрытых фондов.

